Ибраев, С. Эль Герольда Бельгера // Северный Казахстан. — 2015. — 17 февраля

 В день, когда в нашей стране был дан старт Года Ассамблеи народа Казахстана, ушел из жизни известный писатель, переводчик, филолог, почетный гражданин Северо-Казахстанской области Герольд Бельгер. Его гражданская позиция, талант писателя и публициста, огромная любовь к родному краю являют образец патриотизма. Двадцать лет назад Герольд Бельгер одним из первых поддержал идею нашего Президента Н.А. Назарбаева о создании особого консультативного органа при главе государства, отвечающего за обеспечение стабильности в многонациональном государстве, в развитии межэтнических, конфессиональных отношений, взаимоуважения этносов, представители которых проживают на хлебосольной земле Казахстана. Он стал одним из глашатаев зарождающейся Ассамблеи народа Казахстана.

Знание казахского языка, культуры и истории казахского народа, прекрасные ораторские данные Г.Бельгера снискали высокое уважение к нему. Его слову верили, за ним шли. Не случайно именно в эти годы его труд, патриотизм были отмечены высокой государственной наградой — орденом «Парасат». Когда в молодой Республике Казахстан стал обсуждаться Закон о государственном языке, Герольд Бельгер и другой известный писатель Казахстана Иван Щеголихин первыми встали на защиту казахского языка. На одной из встреч с трудовым коллективом Г.Бельгер, немец по национальности, красиво и емко говорил на русском языке о красоте казахского языка, его значении для людей коренной национальности, всего населения страны. Памятен такой пример. Герольд Карлович говорил: казахский язык по своему богатству, выразительности нисколько не уступает другим языкам, а некоторые из них даже превосходит. И шутливо добавил: в казахском языке насчитывается не менее сорока значений понятия «верблюд», наверное, в Казахстане сейчас осталось меньше самих верблюдов.

В каждом его выступлении, в сюжетах написанных им романов, повестей явственно или незримо присутствуют картины родного края, родного аула, где прошло его трудное детство. В 1941 году в село Ленино была эвакуирована семья Карла и Анны Бельгер с их тремя детьми (в наше время этому аулу в районе Шал акына присвоено имя Героя Советского Союза Искака Ибраева). Фельдшера Карла Федоровича Бельгера уважала вся округа.

Помню первую встречу с ним. В 1962 году аул отмечал шестидесяти летний юбилей известного в республике писателя, журналиста Галыма Молдыбаева. В теплый летний день весь аул и его гости были в предвкушении праздника. То и дело подъезжали люди из других сел и городов. Аксакалы степенно вели разговоры, женщины занимались домашними хлопотами, детвора кучковалась в ожидании торжества. Вдруг среди аксакалов произошло оживление, вызванное появлением высокого худощавого мужчины, приехавшего на велосипеде. Я был удивлен поведением местной детворы. Еле сдерживая эмоции, она с нетерпеньем ждала какого-то действия… А мне так хотелось подойти к велосипеду и потрогать его — велосипед тогда был предметом вожделения для мальчишек. Такое же чувство я видел в глазах своих аульных сверстников, с которыми познакомился только что. Высокий человек в чистой фуфайке двинулся в нашу сторону. Усевшись на лавочку, он достал из большой холщовой сумки с медицинским крестом жестяную коробочку, в каких продавались конфеты-леденцы. Детвора как по команде быстро выстроилась в импровизированную очередь и молча, почтительно стала приближаться к этому высокому человеку. Заинтересованный поведением ребят, я тоже встал в очередь. Лицо высокого человека излучало доброту, в его глазах искрилась приветливая смешинка. Но больше всего меня поразил его голос — на чистом казахском языке он стал расспрашивать стоявшего первым в очереди пацана: «Кім баласы?» — мальчуган тихо называл имя своего отца, а тем временем мужчина (я уже понял, что это доктор) быстро проводил рукой по волосам пацаненка, внимательно разглядывая кожу на голове. После осмотра доктор достал из жестяной коробочки витаминку, дал ее мальчику и тут же начал осматривать другого. Очередь двигалась быстро. Вдруг рука доктора задержалась. Он негромко позвал по имени женщину, как оказалась — маму мальчугана, достал что-то из сумки, очевидно, лекарство, и передал ей. Все это было сделано легко и привычно. Потом я понял, что наблюдал своеобразный медосмотр.

Я видел, как уважительно относились жители аула к своему «лектору», Карлу Федоровичу Бельгеру. Уже позже я узнал, что Карл Федорович был фельдшером и на своем велосипеде с ранней весны до поздней осени объезжал окрестные села, оказывая посильную медицинскую помощь. Были случаи, когда он принимал срочные роды. Эту историю я рассказал Герольду Карловичу Бельгеру на одной из встреч в Алматы. Посольство Российской Федерации проводило в пен-клубе мероприятие по творческому наследию А.С. Пушкина. Узнав, что мы земляки, Герольд Карлович начал расспрашивать меня про свой аул, знакомых. А когда я рассказал, как впервые увидел его отца, проводившего мини-медосмотр, он рассмеялся, обнял меня как родного и стал рассказывать о переполнявших его впечатлениях, об отце. Вглядываясь в приглашенную публику, своеобразный бомонд мегаполиса, Герольд Карлович, как бы возвращаясь в прошлое, задумчиво сказал: «Все, чего я добился в этой жизни, достигнуто благодаря родителям, их воспитанию. Они не ожесточились на весь мир, когда их в 1941 году насильно переселили из Поволжья в Казахстан как врагов, способных помочь фашистской Германии».

Его семья очень благодарна, что местное население радушно приняло их в свою семью, дало кров, приют, облегчило участь спецпереселенцев. «Мы выжили благодаря казахскому народу, который дал нам надежду на лучшее будущее. С этим чувством жили мои родители и нас так воспитали», — говорил Герольд Карлович.

Он тепло вспоминал жизнь в ауле, учебу в школе, первые свои творческие сочинения, стихи. Вспомнил, как, стесняясь и волнуясь, показывал свои литературные пробы именитому писателю, поэту Галыму Молдыбаеву, как увлеченно играл в школьном театре, который создал учитель Жылгельды Муканов.
Нашу беседу прервал человек, внешне заметно отличавшийся двумя своими приметами: крупный, тяжело дышащий мужчина. Это Морис Давидович Симашко, понял я по приветствию Герольда Карловича: «Морис, қалайсың?».
«Да не очень, одышка одолела, давление скачет», — последовал неторопливый ответ
«Вот стою со своим жерлесом (то есть земляком. – С.И.), вспоминаем общее, что нас объединяет, сближает».
«А почему «насухую?» — шутливо поддел Морис Давидович.

В зале были накрыты столы. Я проводил мэтров к одному из них, а сам отправился попросить официантов, чтобы они принесли чаю именитым писателям. Когда я вернулся, рядом с аксакалами сидел худощавый невысокий человек с пронзительными умными глазами. Его высокий лоб красиво оттеняла густая шевелюра. Это был Абдижамил Нурпеисов. Три мэтра казахстанской литературы вели неторопливый разговор — задушевный полет друзей-коллег, давно знающих друг друга. Я сидел и любовался искренностью их чувств, ясностью мыслей, их поведением, озабоченностью переменами, вызванными развалом привычных устоев, порядка. Зоркий глаз писателей подмечал изменения в настроениях общества.
Морис Давидович сетовал на здоровье, переживал по поводу предстоящего переезда в Израиль, к дочери. Как бы извиняясь, он в шутку и в то же время с какой-то затаенной грустью в голосе стал просить Нурпеисова: «Абеке, ты не мог бы написать для меня некролог, совсем худо становится, потом некогда будет просить», и получил резонный ответ: «Да что ты, Морис, как можно писать некролог на живого. Ты живи, закончи свой роман (наверное, Абдижамил Каримович имел в виду ‘Третий Рим», незаконченный роман М.Симашко)». — «Нет, Абеке, лучше тебя никто не напишет, лучше тебя меня никто не может представить».

Любопытно было слушать этот, казалось, шутливый диалог. К сожалению, время неумолимо. Морис Симашко, автор многих произведений, киносценариев, в том числе для знаменитого фильма «Султан Бейбарс», вскоре выехал в Израиль и там ушел в мир иной, не прожив на чужбине и года…

Теперь не стало и нашего Герольда Карловича, самого «оказаченного немца», как он сам говорил. Патриота с большой буквы, депутата Верховного Совета Казахской ССР 1993-1994 гг., лауреата Президентской премии мира и духовного согласия. За большой вклад в гармонизацию межнациональных отношений, развитие государственного языка Герольд Карло¬вич Бельгер был награжден орденом «Парасат» и многими медалями, грамотами. Его произведения наполнены глубоким смыслом человеческих отношений, особой любовью к родному краю, к своему Элю, высокой гражданской позиции и патриотизма. Размышляя об этом понятии, он отмечал: Эль означает мой край, моя родимая сторонушка, близкие мне люди-сородичи, мой аул.
Не хочется думать и говорить о нем, как об ушедшем в иной мир. Активная память терзает душу тех, кто близко знал этого удивительного человека, общался с ним. Его жизнь стала духовным синонимом патриотизма, национальной гордости. В последние годы Герольд Бельгер выражал свои размышления, впечатления в общем эссе с витиеватым названием «Плетение чепухи». В его коротких статьях, заметках струятся душевная искренность, сердечность, порой лукавый юмор разносторонне талантливого и доброго человека, объединяющие в себе синтез трех языков, их духовность. Такие люди, как Герольд Бельгер, внесли значительный вклад в развитие толерантных отношений на земле вечного Казахстана, утверждение идей, выражаемых многозначным определением Мәңгілік Эль.

Сабыр ИБРАЕВ,
кандидат исторических наук, доцент, депутат Петропавловского городского маслихата