Мелехин М. Служил людям, справедливости, науке: [Григорий Потанин] // Проспект СК. – 2010. – 24 сентября. – С.28
Служил людям, справедливости, науке
21 сентября нынешнего года нашему земляку ученому Григорию Николаевичу Потанину -исполняется 175 лет.
Северный Казахстан стал и навсегда остался родиной этого удивительного человека, прожившего долгую жизнь, много сделавшего во славу науки.
Родословную Григория Николаевича, пожалуй, следует начать с того далекого времени, когда в наших краях на исконно казахских землях стала возво-диться Новоишимская (Горькая) линия.
В 1755 году, после трехлетнего периода возведения крепостей и редутов, когда уже была заложена крепость св. Петра (будущий Петропавловск, 1752 г.), Си-бирское войсковое управление объявило клич по всей тогдашней России, призывая всех желающих на «новую южную границу».
Одними из первых прибыли три брата-казака Потанины. Они поселились в редуте Островном, недалеко от станицы Пресновки (ныне Жамбылский район). Один из них — Андрей — был прадедом будущего ученого. Как его сын Илья, так и внук Николай (отец Г. Н. Потанина) были казацкими командирами и что, называется, верой и правдой служили царю-батюшке.
Карьера Потанина-отца поначалу складывалась весьма удачно. Он в одном из первых выпусков окончил Омское войсковое училище (будущий кадетский корпус), открытый в 1816 году. Выполнял важные правительственные задания по сопровождению посольств и делегаций, при этом писал заметки и вел дневники. Из-дал небольшой, но весьма полезный труд «Записки о Кокандском ханстве хорунжего Н. И. Потанина».
В 1834 году его назначили начальником Баянаульского степного округа. Вскоре он женился на дочери капитана Трушина Варваре, а через год родился сын Григорий.
Несмотря на рождение мальчика в местечке Ямышево (ныне Павлодарская область, 50 км от г. Павлодара, вверх по Иртышу), фактически он стал уроженцем нашего края, так как новорожденного родители решили показать деду. И вот по зимней дороге молодые отправились к нему в Пресновку. Так, не будучи еще го-довалым от роду, Григорий Николаевич совершил свое первое путешествие, правда, вместе с отцом и матерью.
Отец Григория Николай Ильич продолжил, было, службу, однако вскоре вынужден был уйти в отставку, отстранен от должности начальника округа, затем арестован, по суду оправдан, но разжалован в рядовые казаки.
Вновь возвратившись в Пресновку к своему отцу, Николай Ильич стал помогать в управлении хозяйством местному полковому командиру Эллизену.
Жена умерла, когда малолетнему сыну не было и пяти лет. Григорий рос в Пресновке вместе со станичной детворой: играл в разбойники, забирался в чужие сады и огороды, гонял лошадей на водопой и в ночное. Полковник Эллизен заметил умственные способности мальчика и взял его на учебу и воспитание вместе со сво-ими детьми. Здесь, в Пресновке, будущий ученый получил первые познания в ботанике, на всю жизнь полюбив растения, как и все живое на этой земле. Полков-ничий сад и цветник стали первыми «наглядными пособиями» для пытливого мальчика.
В 1846 году отец, несмотря на большие сложности из-за своей опалы, устроил Григория в Омский кадетский корпус. В одном классе с ним оказался Шокан Уалиханов. Два замечательных человека сдружились на всю жизнь. Окончив в 1852 году Омский корпус, Г. Н. Потанин стал офицером 8-го казачьего полка, дислоцированного в Семипалатинске. Почти сразу же он, в порядке службы, был направлен с отрядом в Семиречье, а оттуда, возвратившись в Семипалатинск, -на Алтай.
Всю свою жизнь, с юношеских лет до глубокой старости, Г. Н. Потанин посвятил людям. Он был человеком разносторонних взглядов, интересов, действий: боролся за переустройство общественной жизни, изучал быт народов тогдашней России, увлекался литературой, искусством, был хорошо подготовлен во многих сферах человеческих отношений. Ему мы, в частности, обязаны большим количеством материалов по биографии Шокана Уалиханова, первым изданием сочинений своего рано умершего друга…
В свою очередь Шокан также во многом предопределил судьбу Г.Н. Потанина. Будучи знакомым с Н. Н. Семеновым-Тянь-Шанским, рассказав ему о страстных увлечениях своего товарища по военному заведению, Шокан организовал в Омске встречу двух ученых: одного — уже маститого и признанного и другого — молодого и подающего надежды. Сразу же после встречи, осмотрев коллекцию Потанина, Н. Н. Семенов-Тянь-Шанский предложил ему поехать на учебу в Петербургский университет, обещал помощь и поддержку. Григорий Николаевич уходит со службы из армии и, как некогда Михайло Ломоносов, без всяких средств, прибыл с обозом в Петербург. Легко поступил на естественный факультет. Однако, проучившись два года, был отчислен с третьего курса за участие в студенческих волнениях. Ведь желание справедливости было так сильно, а пути и формы изменения общества были так просты и понятны.
Он возвратился в Омск и принял участие в большой экспедиции на озеро Зайсан и хребет Тар-багатай, где собрал ценные коллекции растений и составил подробное описание посещенных мест. Затем, на протяжении четверти века, совершил пять крупнейших экспедиций — в Монголию, Китай, Тибет, Большой Хинган.
Будучи одним из выдающихся ученых и путешественников, объездив полсвета, Григорий Николаевич сохранил любовь к родной казахской степи. В 1895 году, уже широко известным и имея за плечами солидный возраст, он совершил поездку в родные места. Через Петропавловск доехал до Пресновки, навестил родственников, а затем отправился в Кокчетав, на родину своего рано умершего друга. Друзья и близкие Шокана встретили его очень тепло, как самого дорогого гостя, возили по своим юртам и аулам.
Вернувшись, Потанин написал очерк «В юрте последнего киргизского царевича», навеянный вечными истинами о жизни, ностальгией по родным местам и прошлому. Вспомнить и поразмыслить было о чем: после студенческих беспорядков 1861 года он сидит в Петропавловской крепости. Выполняя поручения подпольного центрального комитета «Земля и воля», едет в земли Уральского ка-зачьего войска. Руководит так называемым «омским заговором», отбывая за него срок на каторге в Свеаборге и в ссыльной глуши Вологодчины.
Пережив духовную драму всех «шестидесятников», когда дело, за которое они боролись, оказалось несбыточным и утопичным, Г. Н. Потанин отошел от идеи переустройства общества и всецело посвятил себя науке. Результаты его исследований дали обширные сведения по географии, геологии, экономике малоизвестных и неизученных областей Центральной Азии. Им написано 235 книг и статей, собран самый подробный гербарий этой части Земли, открыто много видов растений, в том числе три новых, не известных науке рода. Один из них назван его именем. В его честь названы также один из хребтов Наньшаня и ледник в горном узле Табын-Богдо-Ола (монгольский Алтай). Г.Н. Потанин был членом (с 1862 г.) и Почетным членом (с 1910 г.) Русского географического общества.
Проживая с начала прошлого века в Томске, он много сил и времени уделял научно-педагогической работе. Был инициатором ряда экспедиций, организатором научного общества, одним из учредителей высших женских курсов, частым и желанным гостем в единственном в то время университете Зауралья…
Потанинское наследие трудно переоценить и для истории нашего края: настолько прочные духовные узы связывают его с родной стороной, с казахской степью. Вот, вернувшись в родные края из далекого Петербурга, он отмечает в дневнике: «Теперь я очутился на своей почве». Не иссякает его интерес к жизни степняков, к казахской поэзии и в далекой северной ссылке. Он пишет своему другу и соратнику Н. М. Яринцеву (тот находился также в ссылке недалеко от Потанина): «Киргизская песня, записанная вами, вещь замечательная, и ее нужно перевести для газеты».
Владея казахским языком, Г. Н. Потанин много времени уделял сбору произведений казахского устного народного творчества: записывал песни, сказки, легенды, переводил их на русский язык, изучал местные обычаи. Им записано свыше трехсот произведений казахского эпоса, многие из которых были опубликованы в его обработке. В областном государственном архиве имеется несколько журналов «Записки Западно-Сибирского отдела Императорского русского географического общества» за 1880-1888 гг., где впервые были опубликованы труды Г. Н. Потанина.
Идеи свободы и независимости казахского народа, расцвета его культуры, языка не покидали ученого никогда… Уже к концу своей долгой жизни, когда общество вновь содрогнулось от новых больших потрясений, Г. Н. Потанин поддержал программу партии «Апаш» и объявление казахской автономии.
Григорию Николаевичу повезло и в личной жизни. Его жена Александра Викторовна (1843-1893 гг.) являясь коллегой и единомышленницей, была, по сути дела, первой путешественницей и исследовательницей Центральной Азии. Она была рядом во всех его экспедициях, вела ценные географические и этнографические наблюдения, дневники. За свой научный труд «Буряты» была награждена золотой медалью Русского географического общества. И умерла она тоже в дороге, в очередной экспедиции. Муж пережил ее на 27 лет…
Будучи студентом Томского университета, я не раз подходил к могиле ученого в Университетской роще. Здесь он жил последние годы, здесь ушел в небытие… Его наследие велико и ценно для потомков, а жизнь — пример беззаветного служения истине, справедливости, науке.
Добрая память о знаменитом земляке осталась в сердцах ныне живущих североказахстанцев. Как дань уважения ученому, человеку, прославившему наш регион, стало решение сессии Петропавловского городского маслихата от 30 июня 1999 года, № 9 о названии одной из улиц областного центра именем Григория Потанина. Она ведет из центра города в Подгорье, открывая вид на наш заме-чательный степной край, горячим патриотом которого был Григорий Николаевич Потанин.
Михаил МЕЛЕХИН,
заведующий отделом
использования и публикаций
документов
областного госархива
Мелехин М. Служил людям, справедливости, науке: [Григорий Потанин] // Проспект СК. – 2010. – 24 сентября. – С.28